Жизнь не рухнула — она на ремонте
Бывают дни, когда жизнь рушится в одно мгновение. Уход из дома, увольнение, закрытие бизнеса, болезнь, развод. Названия разные, но звук обрушения один и тот же.
Придя в себя, видишь, что в руках ничего нет. Счёт пуст, а список кредитов плотный. Тогда человек вешает на свою жизнь табличку: «Всё пропало».
Но здание, которое рухнуло, и здание, которое сносят, — разные вещи. На месте обрушения остаются руины, на месте сноса начинается стройка. Снаружи в обоих случаях летит пыль и громоздятся обломки. Разница в том, есть ли на этой площадке проект.
Задача, которую Бог поручил Иеремии, была такой: «искоренять и разорять, губить и разрушать, созидать и насаждать» (Иеремия 1:10). Четыре слова о разрушении, два — о строительстве. Но фраза заканчивается строительством. Божий снос — это всегда фраза, которая заканчивается стройкой.
Сорок лет Израиль каждое утро собирал манну, падавшую с неба. А на следующий день после того, как они впервые поели хлеба земли Ханаанской, манна прекратилась (Иисус Навин 5:12). Без предупреждения.
Это было не наказание, а выпускной. От жизни, в которой получаешь пищу готовой, к жизни, в которой ступаешь по земле и возделываешь её, — Бог изменил сам каркас жизни.
Глядя на одну и ту же землю, люди реагировали по-разному. Десять соглядатаев сникли со словами «мы были в глазах своих как саранча» (Числа 13:33), а народ плакал, желая вернуться в Египет. Мол, время, когда их били кнутом, было лучше. Тогда Халев сказал: «Мы можем одолеть» (Числа 13:30).
И мы цепляемся за рухнувший бизнес, отношения и здоровье и молимся: «Только верни всё как было». Но новое вино не вливают в старые мехи (Матфея 9:17). Ремонтом, при котором лишь переклеивают обои, не вместить новой эпохи, которую приготовил Бог. Нужна перестройка с самого фундамента. Если манна прекратилась, это знак, что ты вошёл в новую землю.
Чтобы строить заново, нужны материалы, а у рухнувшего человека в руках ничего не осталось.
Когда в пустынном месте собралось пять тысяч мужчин, в руках у учеников было пять ячменных хлебов и две рыбы. Ученики сразу начали считать: «Что это для такого множества?» Иисус вместо подсчётов дал повеление: «Рассадите людей». И кусков, оставшихся после того, как все наелись, набрали двенадцать коробов. Материала не было мало — его оказалось с избытком.
Так было и со вдовой, пришедшей к Елисею. Заимодавец хотел забрать двух её сыновей в рабство, а в доме у неё остался лишь сосуд с маслом. Елисей велел ей занять пустых сосудов, и не мало. Масло лилось через край. Но поворот — в конце: «Нет больше сосуда. И остановилось масло» (4 Царств 4:6).
Масло остановилось не потому, что кончилось. Оно остановилось, потому что кончились сосуды. Божьему обеспечению нет конца. Конец — это число сосудов, которые я подаю.
Глазами реальности у нас ничего нет. Глазами веры будущее уже наполнено. Бог — Тот, Кто «называет несуществующее как существующее» (Римлянам 4:17). Материал для перестройки жизни — не остаток на счёте, а вера.
Представь человека, который купил «Мерседес», поставил его во дворе и использует как курятник. Использовать можно. Защищает от дождя, от ветра и запирается на ключ. Но никто, глядя на это, не скажет, что он хорошо пользуется машиной. Пользуется, но не по назначению.
Так и с жизнью. То, что ты усердно жил, заработал денег и обогнал других, не значит, что ты жил по назначению. Возможно, мы используем жизнь, созданную Богом, как курятник, в котором запираем собственную жадность.
Павел, говоря, что наше тело — храм Святого Духа, добавляет: «вы не свои, ибо вы куплены дорогою ценою» (1 Коринфянам 6:19–20). Здание, вновь построенное на руинах, становится храмом, а имя владельца в реестре недвижимости меняется.
Когда меняется владелец, меняется и вопрос. С «Как мне хорошо устроиться?» на «Боже, на что Ты хочешь употребить оставшуюся мне жизнь?». Деньги из цели становятся орудием призвания, а здоровье из условия счастья — орудием служения. Даже если люди не оценят, если знает Бог — этого достаточно.
Поэтому, если сейчас твоя жизнь похожа на стройплощадку, не вешай слишком рано табличку «Всё пропало». На это место полагается другая надпись.
Читать оригинал (на корейском) →
Придя в себя, видишь, что в руках ничего нет. Счёт пуст, а список кредитов плотный. Тогда человек вешает на свою жизнь табличку: «Всё пропало».
Но здание, которое рухнуло, и здание, которое сносят, — разные вещи. На месте обрушения остаются руины, на месте сноса начинается стройка. Снаружи в обоих случаях летит пыль и громоздятся обломки. Разница в том, есть ли на этой площадке проект.
Задача, которую Бог поручил Иеремии, была такой: «искоренять и разорять, губить и разрушать, созидать и насаждать» (Иеремия 1:10). Четыре слова о разрушении, два — о строительстве. Но фраза заканчивается строительством. Божий снос — это всегда фраза, которая заканчивается стройкой.
Во-первых, Он перестраивает саму структуру жизни
Сорок лет Израиль каждое утро собирал манну, падавшую с неба. А на следующий день после того, как они впервые поели хлеба земли Ханаанской, манна прекратилась (Иисус Навин 5:12). Без предупреждения.
Это было не наказание, а выпускной. От жизни, в которой получаешь пищу готовой, к жизни, в которой ступаешь по земле и возделываешь её, — Бог изменил сам каркас жизни.
Глядя на одну и ту же землю, люди реагировали по-разному. Десять соглядатаев сникли со словами «мы были в глазах своих как саранча» (Числа 13:33), а народ плакал, желая вернуться в Египет. Мол, время, когда их били кнутом, было лучше. Тогда Халев сказал: «Мы можем одолеть» (Числа 13:30).
И мы цепляемся за рухнувший бизнес, отношения и здоровье и молимся: «Только верни всё как было». Но новое вино не вливают в старые мехи (Матфея 9:17). Ремонтом, при котором лишь переклеивают обои, не вместить новой эпохи, которую приготовил Бог. Нужна перестройка с самого фундамента. Если манна прекратилась, это знак, что ты вошёл в новую землю.
Во-вторых, Он перестраивает из материала веры
Чтобы строить заново, нужны материалы, а у рухнувшего человека в руках ничего не осталось.
Когда в пустынном месте собралось пять тысяч мужчин, в руках у учеников было пять ячменных хлебов и две рыбы. Ученики сразу начали считать: «Что это для такого множества?» Иисус вместо подсчётов дал повеление: «Рассадите людей». И кусков, оставшихся после того, как все наелись, набрали двенадцать коробов. Материала не было мало — его оказалось с избытком.
Так было и со вдовой, пришедшей к Елисею. Заимодавец хотел забрать двух её сыновей в рабство, а в доме у неё остался лишь сосуд с маслом. Елисей велел ей занять пустых сосудов, и не мало. Масло лилось через край. Но поворот — в конце: «Нет больше сосуда. И остановилось масло» (4 Царств 4:6).
Масло остановилось не потому, что кончилось. Оно остановилось, потому что кончились сосуды. Божьему обеспечению нет конца. Конец — это число сосудов, которые я подаю.
Глазами реальности у нас ничего нет. Глазами веры будущее уже наполнено. Бог — Тот, Кто «называет несуществующее как существующее» (Римлянам 4:17). Материал для перестройки жизни — не остаток на счёте, а вера.
В-третьих, Он перестраивает даже назначение жизни
Представь человека, который купил «Мерседес», поставил его во дворе и использует как курятник. Использовать можно. Защищает от дождя, от ветра и запирается на ключ. Но никто, глядя на это, не скажет, что он хорошо пользуется машиной. Пользуется, но не по назначению.
Так и с жизнью. То, что ты усердно жил, заработал денег и обогнал других, не значит, что ты жил по назначению. Возможно, мы используем жизнь, созданную Богом, как курятник, в котором запираем собственную жадность.
Павел, говоря, что наше тело — храм Святого Духа, добавляет: «вы не свои, ибо вы куплены дорогою ценою» (1 Коринфянам 6:19–20). Здание, вновь построенное на руинах, становится храмом, а имя владельца в реестре недвижимости меняется.
Когда меняется владелец, меняется и вопрос. С «Как мне хорошо устроиться?» на «Боже, на что Ты хочешь употребить оставшуюся мне жизнь?». Деньги из цели становятся орудием призвания, а здоровье из условия счастья — орудием служения. Даже если люди не оценят, если знает Бог — этого достаточно.
«Идёт ремонт. Подрядчик: Бог»
Поэтому, если сейчас твоя жизнь похожа на стройплощадку, не вешай слишком рано табличку «Всё пропало». На это место полагается другая надпись.
